Беляевский.ру

Снова про Кошастого 15.04.2009 — 15:15

Метки: illustrator, photoshop, личности, соль/спички

По мере общей тенденции к «затягиванию гаек», масса офисных тружеников уже на полном серьезе штудирует труды Кошастого в области садоводства и земледелия, судорожно гася потребительские кредиты.

Виктор Сергиенко мне глубоко симпатичен. Пацан сказал — пацан сделал. Нравится человеку жить аки честный амиш (удобства во дворе, вместо душа — ведро да кружка, что вырастил, то и съел и пр. радости жизни вне цивилизации)? Да бога ради! Кто-то любит бешено сражаться на текстолитовых мечах в Нескучному саду, кто-то в компьютерные игрушки наяривает по 18 часов в сутки. А кому-то интересно вычеркнуть пару сотен лет технического прогресса из своей жизни. Русская печка, например, уже длительное время не является самым практичным источником тепла.

И всё бы хорошо, но видятся мне дырки в его логике. Это же не просто эскапизм. Основная причина изменения жизненного уклада в данном случае — протянуть как можно дольше в условиях полного «П», к которому неминуемо (по прогнозам Сергиенко) приведет экономический кризис. Образно выражаясь, если инфраструктура встанет интересной позой, то в городе будет «ловить» вообще нечего. А на хуторке хоть брюквы незрелой можно погрызть. Или нацедить водички желтоватого оттенка («оттого, что вода проходит рядом с торфяными залежами») из колодца. Что с успехом и практикуется на протяжении вот уже нескольких лет.

Но я звонил и узнавал: основные законы мироздания пока еще никто не отменял. После любого кризиса начинается подъем, после подъема — кризис. И так по кругу. Маловероятно, что экономический упадок в обозримом будущем послужит триггером для чего-то большего. А тогда и горячку нечего пороть.

Если же предположить, что события будут развиваться, как в каком-нибудь низкосортном художественном произведении (см. «Мародер» и «Каратель» Беркема аль Атоми), то вообще смешно выходит. Неподготовленные к такому развитию событий товарищи, внезапно оставшиеся без жизненных благ (пищи, воды, отопления, связи и пр.), совершенно точно захотят ненавязчиво поинтересоваться на предмет того, кто это там такой аппетитно похрустывает незрелой брюквой и вообще неплохо себя чувствует? И это в то время, как народ мучается, народ страдает.

Напомню, что наличие огрестрельного оружия у населения в наше время не редкость. И противопоставить таким гостям, если они появятся (а они обязательно появятся при таком развитии событий), решительно нечего. Интересно, что сам Кошастый такой вариант рассматривает, но как-то не всерьез. Неужели действительно рассчитывает на мирное разрешение ситуации?

Пример. Начало кризиса. Ко мне приходит 10 человек из города, оборванная голодная толпа. Ведут себя агрессивно, наезжают, требуют жрать и ночлега в грубой форме (допустим они начитались мародера, и считают себя крутыми мародерами). Я достаю АК (допустим я начитался мародера и он у меня есть), и кладу всю эту команду. Последний из них успевает достать короткоствол и положить меня. Моя семья гибнет; их семьи гибнут.

Другой пример. Начало кризиса. Ко мне приходит 10 человек из города, оборванная голодная толпа. Ведут себя вежливо, просят помощи, еды и крова. Я кормлю их картошкой, кладу спать на сене в сарае. Назавтра достаю 5 штук лопат из нычки, 5 топоров, и распечатку “как строить землянки” (все это у меня есть реально). Они отправляются в лес, находят на опушке неплохие места (они есть), и за неделю-две строят землянки. Притаскивают туда семьи и барахло. Я даю им картошку, когда она кончится - топинамбур (его у меня много, очень много, я для 3
лошадей садил). Все вместе мы хоть и голодно, но переживаем зиму. На весну все садят огороды, сами себя обеспечивают питанием, через 2-3 года у всех построены хаты (я помогаю опытом и литературой по строительству). Через 5 лет - нормальный новый хутор, у всех скотина, детишки бегают.

Интервью с Виктором Сергиенко, более известным как Кошастый

Даже с гипотетическим калашниковым (коего на деле нету) можно раз отстреляться, два. Но рано или поздно все-равно найдутся вурдалаки хитрее, сильнее, коварнее и злее. Особенно, если терять им уже нечего.